Бачили очі, що купували, їжте, хоч повилазьте

bachili-ochi-krym
Президент Путин сказал, что присоединять Крым к России не намерен, но отечественное общественное мнение не остановить — даже гуманитарную помощь туда отправлять начали, несмотря на полное отсутствие каких-либо признаков гуманитарной катастрофы. Вчера получил сообщение от знакомого, который поистине радовался, что теперь «мы» «замочим хохлов» в Крыму и заживем хорошо, а там — и до присоединения «исконно русских» восточных областей Украины недалеко, и жизнь наладится так, что дальше уже только коммунизм и светлое будущее всего человечества. Ура-патриотические сообщения, которыми буквально завален весь интернет, включая социальные сети, обычно включают в себя изображение флага Российской империи и текстовые надписи, прямо скажем — не в полной мере отображающие истинные реалии происходящего.Например, очень любят сравнивать существующее положение в Крыму с южно-осетинскими событиями 2008 года. Дескать, одних «мы» (специально ставим это слово в кавычки, ибо умирать почему-то никто из квасных патриотов особо не стремится) замочим, других защитим, а потом защищенные, подобно спасенной из пожара девушке, сами кинутся нам на шею в угаре национального единства. К слову, вся Южная Осетия по населению и территории и теперь-то не особо блещет: 3 900 квадратных километров, преимущественно гористых, и от 35 до 79 тыс. человек (по различным оценкам, что особо показывает уровень экономического планирования в этом маленьком и гордом суверенном государстве). Это как если Гвардейский и Багратионовский районы Калининградской области будут избирать своего президента, парламент и правительство, а также заведут дипломатические отношения с Науру и начнут выдачу дипломатических паспортов. Да и с этим супергосударством отечественное правительство за последние 6 лет намучилось пуще некуда: с Грузией, которая, к слову, действительно воевала против российских войск в «августовской войне», только-только восстановили авиасообщение, о дипломатических же отношениях до сих пор ведает лишь специальная «примирительная» миссия при посольстве Швейцарии в Москве, а остальные страны мира стараются про эту проблему не вспоминать, дабы не наступать на больную мозоль.

А тут — целый Крым. Точнее — Автономная Республика Крым (все слова — с большой буквы, тут вам не Еврейская автономная область!). Более 2 млн человек (и это — без 400-тысячного Севастополя), по площади — в два раза больше Калининградской области. Собственная конституция 1998 года, которая действительно работает. Три официальных языка (русский, украинский, крымскотатарский, про это напишу дальше), и — главное — Черное море и 7 млн туристов в год! Тех самых 7 млн, о которых безуспешно мечтает правительство нашей области. Которые едут, несмотря на спартанские условия проживания, трудности плацкартных вагонов, удивительную скученность летнего населения и таможенные формальности, оставляя в экономике региона заветные гривны, рубли и прочие деньги. Впрочем, есть и куча разномастных предприятий. Бедненько, но чисто. Но отпугнешь туристов (а конкуренция на Черном море большая, одна Анталия чего стоит, про Сочи я и не говорю) — и все: придется кормить 2 млн человек самому.

Теперь про русский народ. Действительно — подавляющее большинство населения Крыма для общения использует русский язык. Впрочем, в Дагестане его тоже для общения используют, что вовсе не говорит о том, что большинство его населения составляют русские. Но тут — по данным последней переписи — действительно составляют: 54 процента. Но, как оказалось, помимо русских там проживают украинцы (24 процента), а также крымские татары (13). И, как стало ясно из учебника истории, крымские татары — и есть коренное население Крыма, вошедшего в состав России только в конце XVIII века, а до того вполне себе пережившего все войны и конфликты распада Золотой Орды в качестве Крымского ханства. Турки, к слову, тоже коренные: юг Крыма в это же время входил в состав Османской империи. Про русских и украинцев я и не говорю: за прошедшие поколения многие успели пустить корни, всех не упомнишь.

Понятно, что для ура-патриотических россиян, не представляющих себе сложность национального и экономического состава Крыма, уроженец Молдавии предприниматель Аксенов, уже провозглашенный «верховным главнокомандующим Крыма и Севастополя» с его речами на тему «стремления русских к России», а также перебежчик контр-адмирал Березовский, до того пробывший главкомом ВМФ Украины всего пару суток, представляют собой любопытнейшее зрелище: вроде, с одной стороны, власть, просят о помощи, хотят быстрого и скорого присоединения Крыма к России-матушке, но, как видно из сообщений прессы, особого желания местного населения заниматься чем-нибудь, кроме приема тех самых 7 млн туристов, не имеется, а потому к госуправлению и отрядам самозащиты там относятся как к неизбежному злу. К совместным же парадам украинских и российских войск на Черном море привыкли — в ином формате они в последние годы и не проводятся, даже «коробки» формируют из военнослужащих двух армий и перед ними несут оба военно-морских флага. И умирать за присоединение Крыма к России сами крымчане, подобно черно-желто-белым националистам в России, также особо не стремятся.

К тому же большинство участвующих в интернет-дискуссиях на стороне желающих присоединить «исконно русский» Крым к России почему-то называют четверть населения Крыма «хохлами», при этом кровно обижаясь, когда их самих именуют «москалями» или «кацапами», про татар никто и не вспоминает (да и зачем, скажем, вспоминать коренное население, это ж только в КО, где его в силу Второй мировой войны нет вовсе, можно думать о защите его прав), всех — под одну гребенку — называют русскими. Чем это обернется — насильственной русификацией или депортациями украинцев и крымских татар в славных традициях тов. Сталина — никто в глаза не говорит. Судя по всему, никто и не задумывался.

Еще любят говорить про т.н. «хрущевский подарок Украине» — подарил, дескать, Украине Крым, чтобы потешить самолюбие. Не знаю, как относительно самолюбия, но решение принимал не Хрущев, а Верховный Совет, и причина была одна — удобство управления регионом и экономических связей. Ведь от Крыма до России — Керченский пролив, который ведет отчего-то не напрямую к Москве, а в Краснодарский край, откуда до Москвы — дальше, чем от Севастополя. То есть Крым — не центр туризма, окраина окраины. А в составе Украины вся связь осуществляется через Перекоп, откуда рукой подать как до ближайших областных центров, включая Донецк и Харьков, так и до Киева, чем сами крымчане и пользуются, чаще бывая на остальной части Украины, чем в России. О том, что в Крыму 8 школ с обучением на украинском языке, что ровно в 8 раз больше, чем в России, я и вовсе умолчу — это на Украине можно сдавать итоговые государственные экзамены как на украинском так и на русском, в России ЕГЭ, учитывающийся при поступлении в вузы, только на русском, а национальные языки используются только для сдачи экзаменов на знание этих же языков.

Вот и получается, что президент Путин был прав. Обеспечить охрану воинских частей и государственных зданий от «революционных сил» — пожалуйста (впрочем, вместе с марионеточным режимом, но везде есть свои издержки). Усилить военные базы, чтобы никто не думал расторгать договор по Севастополю — тоже логично. Показать, что у половины населения Крыма есть защитник — тоже ладно. Но насильственно (или не очень) включать этот регион в состав России нет ни экономических, ни политических причин. Правда, политика редко руководствуется холодным расчетом, зачастую идя на поводу у «пожеланий трудящихся». А если «трудящиеся», пусть и себе в убыток, даже ценой мира на постсоветском пространстве, хотят расширять территорию «влияния» России — то порой даже правители бессильны им сопротивляться. Но до хорошего эти желания еще никого и никогда не доводили.
А.Елаев.

Опубликовано в газете «Тридевятый регион» от 07 марта 2014 г., г. Калининград: http://gazeta39.ru/kld/component/content/article/1842.html?ed=208

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *