“ТАЙНЫЙ ЕВРЕЙ” СЭР ИСААК НЬЮТОН

Ко дню рождения гения. «ТАЙНЫЙ ЕВРЕЙ» СЭР ИСААК НЬЮТОН…

 

 

 

 

Известно, что знание — социально. То есть информация об окружающей среде и нашем в ней месте существует в системе «передатчик»-«приемник». Да и то, когда те имеют сходный объем знаний и сходное к ним отношение. А нет у «приемника», объема знаний, нужного для приема, другое у него отношение к тем или иным знаниям – и этой информации для него нет. Пока не «поумнеет». Как бы ясно, казалось бы, она ни воспринималась  нашими органами чувств.

То же, вероятно, относится и к информации о знаниях людей древних цивилизаций, которую обнаруживаем как бы в зашифрованном виде.

 В то самое время, когда пишутся эти строки, в Национальной библиотеке при Еврейском университете Иерусалима продолжается изучение рукописного наследия Исаака Ньютона – того самого Ньютона, который заложил основы современной физики и математики и по праву входит в первую десятку величайших гениев человечества.

Великий ученый, как известно, не имел жены и детей, и после его смерти в 1727 году весь его архив был передан племянникам и сложен у них дома. На протяжении многих десятилетий наследники Ньютона пытались продать этот архив, искренне полагая, что он должен стоить сотни и сотни тысяч фунтов стерлингов – подобно архивам Фарадея, Максвелла и прочих великих. Несколько раз, чтобы взвесить возможность такой покупки, к ним наведывались сотрудники Библиотеки Кембриджа, Британского национального музея и других, не менее уважаемых учреждений, но после беглого знакомства с рукописями, отшатывались от них, как от чумы, и разговор о покупке заканчивался.

Наконец, в 1936 году архив Ньютона был выставлен на аукцион. Здесь часть рукописей, связанных с алхимическими изысканиями Исаака Ньютона, приобрел лорд Джон Мейнард Кейнс. Позже, на основе их изучения, он опубликовал скандальную статью “Другой Ньютон”, в которой утверждал, что великий физик считал себя, прежде всего, мистиком и теологом, и при этом верил… в Бога не столько в христианском, сколько в еврейском смысле этого слова.

После этого стало немного понятно, что так пугало историков науки, просматривавших архив сэра Исаака Ньютона – его рукописное наследие никак не вязалось с тем образом материалиста, сторонника “чистой науки”, приверженца проверки теории практикой, который был создан его биографами. Сами эти рукописи взрывали этот образ и казались покушением на святыню.

Между тем, на том же аукционе другая – большая – часть рукописного наследия Исаака Ньютона была куплена неким Авраамом Шаломом Иегудой. Уроженец Иерусалима, он был страстным антисионистом, из-за чего перебрался из подмандатной Палестины в Штаты, где занимался исследованием Библии и, в первую очередь, книги “Невиим” (“Пророки”). Иегуда был знаком с книгой Ньютона “Хронология древних царств”, и потому надеялся найти в работах гения новые идеи для своих исследований.

Иегуда показал свое новое приобретение своему другу Альберту Эйнштейну, и вместе они решили, что подобное сокровище должно храниться не дома, а в публичном месте – и предложили его в дар сначала Гарвардскому, а затем Йельском университету. Но оба этих храма науки категорически отказались принять эти рукописи даже из рук такого авторитета, как Эйнштейн.

В 1951 году врачи сообщили Аврааму Шалому Иегуде, что он смертельно болен. К этому времени он кардинальным образом поменял свои взгляды, стал убежденным сионистом и потому решил передать архив Исаака Ньютона в дар Национальной библиотеке в Иерусалиме. Библиотека его с благодарностью приняла, но после смерти Иегуды его наследники начали долгий судебный процесс, и в результате рукописи прибыли в Иерусалим лишь в конце 1960-х годов.

Настоящее их изучение началось только в 1980-х годах, и с того времени по их следам было опубликовано несколько монографий, посвященных мировоззрению великого физика. И все же, повторим, они все еще скрывают свои главные тайны и даже то, что нам уже открыто, не может не вызывать, по меньшей мере, изумления.

Но прежде, чем самым поверхностным образом рассказать о содержании этих рукописей, стоит хотя бы пунктиром напомнить основные вехи биографии Исаака Ньютона.

Биография эта, в общем-то, давно и досконально изучена. Будущий гений родился в ночь на рождество 1642 года, и был настолько слаб, что сразу после родов мать бросила умирать дитя на чердаке – чтобы не видеть его агонии. Но младенец так орал на весь дом, что молодая женщина вернулась за ним, поняв, что у него есть шанс выжить. Затем, выйдя второй раз замуж, она спровадила сына к родственникам, вновь овдовев, вернула его в дом, пыталась заставить в 15 лет заняться семейной фермой, но юный Исаак был непреклонен – он хотел учиться, а не копаться в навозе.

В 19 лет он поступает в Колледж Святой Троицы Кембридж, чтобы учиться на бакалавра теологии и с этого времени на протяжении 35 лет его жизнь будет неразрывно связана с этим университетом.

Ньютон никогда не был одержим жаждой славы, но при этом им, несомненно, двигала неукротимая, сопоставимая разве что с сексуальной, страсть к познанию мира.

Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что значительную часть своих выдающихся открытий в физике и математике Ньютон, очевидно, сделал еще до 25 лет и поделился с ними только со своим учителем и другом Генри Барроу, но попросил держать их в тайне. Час их публикации настанет только спустя десятилетия.

А вот следующая история, имеющая прямое отношение к нашему разговору, свидетельствует о безукоризненной внутренней честности и порядочности Исаака Ньютона, а также о том, что уже в молодости он пришел к неким мировоззренческим прозрениям, от которых был не готов отказаться ни за какую цену:

В 1669 году он, наконец, получает место профессора математики в Колледже Святой Троицы. Это место сулит стабильный доход и возможность спокойно заниматься наукой. Остается только одна мелочь: все преподаватели колледжа должны принести клятву, что они верят в святую троицу и ее единство, то есть в главную доктрину христианской церкви. Но дать такую клятву молодой кандидат в профессоры категорически отказывается. Нет никакой троицы, пытается объяснить он, все это – домыслы, на самом деле Б-г един, один и всеобъемлющ.

Многие историки пытались приписать в связи с этим его демаршем приверженность к различным еретическим течениям в христианстве, но, как нетрудно заметить, ближе всего эта его позиция именно к иудаизму, а не к какой-нибудь другой религии или ее ответвлению. И это свое мнение Ньютон высказал публично, в колледже, носящей имя Святой Троицы!

Из-за этой своей принципиальности и неготовности идти на сделки с совестью Ньютон вполне мог распрощаться с местом профессора, но профессор Барроу и другие члены академического братства смогли уговорить короля Карла II подписать указ, отменяющий пункт об обязательности клятвы на верность святой троице.

В 1686 году выходит самый знаменитый труд Ньютона – “Математические принципы натуральной философии” (часто упоминаемый просто как “Принципы”), вбирающий в себя наиболее выдающиеся его открытия в области механики, астрономии, строения Земли, акустики, оптики и т.д. Есть в этой книге и те самые памятные нам всем со школы и вносящие вроде бы такую ясность в строение мироздания “законы Ньютона”, о которых С.Я. Маршак остроумно заметил в первой части своей знаменитой эпиграммы:

Был этот мир глубокой тьмой окутан.

Да будет свет! И вот явился Ньютон…

Но сатана не долго ждал реванша:

Пришел Эйнштейн – и стало все, как раньше…

Но и тогда, и уж тем более, сегодня мало кто обращал внимания на то, что за рядами математических формул и точными формулировками фундаментальных законов материального мира кроются и глубочайшие эзотерические идеи. Физика для Ньютона – не более чем один из инструментов познания Творца и его фундаментальных законов. Строку 19-ого псалма Давида “Небеса рассказывают о славе Б-га, о делах Его рук повествует небосвод” он трактует однозначно: сама гармоничность устройства нашего мира, единство и взаимосвязанность действующих в нем законов свидетельствуют о его сотворенности и существовании Б-га…

Это – мысль, к которой два века спустя долго и мучительно (в силу своего атеистического воспитания) будет приходить Альберт Эйнштейн, но для Ньютона она была естественной и однозначной.

Больше того: Ньютон был уверен, что не открывал ничего нового, а просто коснулся лишь самой вершины огромного айсберга глубочайших знаний, которыми некогда обладали древние и которые зашифрованы в священных еврейских книгах. И движимый все той же жаждой познания Ньютон начинает глубоко изучать иврит, чтобы прочесть в оригинале ТАНАХ, а затем и погрузиться в тайны Каббалы – еврейского мистического учения.

Из уже упоминавшейся здесь книги “Хронология древних царств” и уже изученных рукописей Ньютона выстраивается более-менее цельная, хотя все еще полная белых пятен картина его мировоззрения.

Бог, повторял он за Рамбамом, один, и нет подобия его Единственности. Он – Творец мира, Создатель законов природы и человеческого общества, и Он же, присутствуя всюду, незримо направляет всю человеческую историю. Он поведал сокровенные знания об устройстве мироздания первому человеку Адаму, а затем они передавались избранным людям из поколения в поколение и дошли до выжившего в потопе Ноаха (Ноя), а затем были переданы праотцу еврейского народа Аврааму.

Увидев, что другие народы искажают переданное им учение, Всевышний избрал в качестве хранителя и передатчика этих знаний еврейский народ, и этим, с точки зрения Ньютона, определяется роль евреев в мировой истории. Но в своем открытом виде эти тайны во все времена были доступны немногим. Кроме Ноаха, они были открыты разве что пророку Моисею, а затем тщательно зашифрованы в устройстве переносной Скинии Завета, которую воздвиг Моисей в пустыне, а также в построенного Соломоном Иерусалимского Храма.

“Само устройство Первого Храма истинной веры, открытой человечеству, призвано указать человечеству – через саму символику Храма – путь к пониманию рамок существования этого мира… Неудивительно, что жрецы Храма возвышались над остальным народом своими знаниями о законах мироздания и внесли их в свои теологические сочинения”, – говорится в одной из рукописей, хранящихся в Иерусалиме.

Иерусалимский Храм был, по Ньютону, моделью нашей Солнечной системы; огонь на жертвеннике символизировал Солнце; расположение каждой из его частей пропорционально точно соответствовало расположению планет в нашей системе, каждый ритуал, совершаемый священниками-коэнами и левитами, порядок жертвоприношений и т.д. были исполнен глубочайшего тайного смысла…

 Еще одним источником тайных знаний Ньютон считал Тору. Он не принимал мысль иудаизма о том, что Тора предшествовала сотворению мира и была от слова до слова передана Моисею Богом, но признавал, что в ней должны быть закодированы величайшие тайны, и, возможно, она скрывает в себе еще один текст или даже тексты – если попытаться прочесть ее каким-то другим образом.

Пройдет больше двух столетий, понадобится изобретение компьютеров прежде, чем израильский математик Элиягу Рипс создаст специальную программу и откроет, что при чтении через различное количество букв в Торе открываются новые пласты текста – и таким образом подтвердит гениальную догадку Ньютона.

Следующим источником “истинного знания” о мире, о прошлом и будущем человечества были, по Ньютону, другие книги ТАНАХа, в первую очередь, откровения явленные еврейским пророкам, которые тоже следовало расшифровать. Историчность и несомненная истинность всех книг ТАНАХа не вызывала у него никаких сомнений.

Словом, Исаак Ньютон и в самом деле настолько близко подошел к базовым истинам и доктринам иудаизма, что, казалось, ему только и оставалось, что пройти гиюр.

 Но, разумеется, он этого не сделал и до конца жизни считал себя истинным христианином, хотя понимание христианства у него было весьма своеобразным.

Он отрицал доктрину о Святой Троице и в сочинении “Историческое прослеживание двух заметных искажений Священного Писания” пытался доказать, что сама эта доктрина родилась вследствие ошибки в понимании и переводе первоначального текста.

Не верил он и в Божественное происхождение Иисуса, но в то же время признавал его “божественную миссию”. По его версии, основоположник христианства и его ученики были просто группой евреев, бывших носителями того самого “тайного знания”, о котором шла речь выше, и решившие следовать Божественным установкам так, как они их понимали. То есть, он ставил Иисуса на уровень пророка, почти соизмеримого с Моисеем (что, разумеется, уже крайне далеко от иудаизма).

Верил Ньютон также и в то, что с помощью духовных инструментов можно влиять на материальный мир. Именно этим объяснялся его интерес к алхимии – он считал, что процесс превращения неблагородных металлов в благородные возможен, но с помощью не материальных, а неких духовных механизмов.

О том, какими методами пользовался сэр Исаак Ньютон для датировки библейских событий и расшифровки сочинений пророков, можно судить хотя бы по опубликованным посмертно “Замечаниях на книгу пророка Даниэля и Апокалипсис Св. Иоаана”.

 Понятно, что такой Ньютон казался адептам академической науки сбрендившим с ума стариком, спекулянтом и профанатором, никак не совмещающимся с представлением об авторе основных законов механики, закона всемирного тяготения, преломления света и т.д., на памятнике которого выбито “Разумом он превосходил род человеческий”. И именно поэтому они так отшатывались от его рукописного наследия.

Но если он и в самом деле “разумом превосходил род человеческий”, то, может, все же стоит обратить внимание и на эти его сочинения?

Тем более что с помощью совмещения самых различных методов – как чисто научных, так и теологических – Ньютон пытался заглянуть и за завесу будущего и вслед за еврейскими мистиками вычислить дату прихода Мессии и конца человеческой истории как истории войн и бедствий, а также предсказать ряд отдельных грядущих событий.

 В частности, на основе этих расчетов он утверждал, что в 1880-х годах евреи начнут возвращаться на землю предков – и это предсказание сбылось “на все 100%».

Ньютон провидел, что в 1940-х годах, после какого-то страшного катаклизма, в котором погибнут миллионы людей, на земле Израиля возродится еврейское государство. Еще в начале ХХ века это пророчество показалось бы всем полным бредом, но, как видим, и оно сбылось.

Приход Мессии Ньютон приурочивал к 2060-м годам. Сбудется ли этот “бред” великого физика и теолога?

Что ж, кто доживет, сможет проверить

Люкимсон Петр, писатель, Израиль

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *